O replică pentru Logos Press şi aşa-numiţii “practicieni”

Articolul de mai jos a apărut pentru a continua discuţia iniţiată de ziarul “Экономическое Обозрение” în privinţa proiectului Legii privind piaţa de capital, a cărui autor este subsemnatul. Pentru a înţelege contextul discuţiei, Vă sugerez să vedeţi articolul din “Экономическое Обозрение”

В газете “Экономическое Обозрение” от 21 мая 2010 г. опубликована статья “В ЕВРОПУ ЧЕРЕЗ … РЫНОК КАПИТАЛА“, главной темой которой является проект Закона о рынке капитала. Как один из авторов законопроекта, приветствую и полностью поддерживаю его публичное обсуждение. Вне сомнения, открытые дискуссии помогут сделать проект более понятным и улучшат его качество. Предпочтительнее обсудить проект спокойно, на профессиональном языке, рассматривая детально каждое принципиально важное положение, а не бросаться общими, ничего не значащими утверждениями, вроде “после вступления закона в силу наступит полная неизвестность”. Но тональность дискуссии задана, приходится принять во внимание все высказанные в статье мысли и “отчитаться” по поводу некоторых аспектах проекта Закона о рынке капитала.

Ложная терминология, рождающая ложную конфронтацию

Как и принято в законотворчестве, начнем с определений. Вероятно, цитируя некоторых участников рынка, авторы проекта были отнесены к категории теоретиков, а противники проекта – к категории практиков. Этим приемом некто целился в две мишени. С одной стороны показать, что мол, авторы чистые теоретики, не знающие реальную ситуацию на нашем рынке. С другой стороны, дать понять, что практики РЦБ – профессиональные участники – категорически против проекта закона. Ошибочные утверждения. Во-первых, авторы проекта далеко не только теоретики. За последние 10 лет, профессиональная деятельность нижеподписавшегося непосредственно связана с финансовым рынком, из которых 7 лет – деятельность в специализированном госоргане. Другой автор законопроекта, эксперт из Великобритании, долгое время работал в инвестиционной компании,  потом – в рамках финансового регулятора Великобритании, участвовал в разработке и обсуждение законодательства о рынке капитала в разных странах, в том числе, в Румынии. Во-вторых, не все участники рынка настроены против проекта закона. Понимаем намерение некоторых лиц показать ситуацию именно в таком свете – что все участники рынка против закона, и что только авторы поддерживают собственное творение – но оно ложное. Как при любом новом законе, конфронтация, несомненно, существует. Но она почти на бытовом уровне – несколько определенных лиц не поддерживают проект Закона. Говорить, в нашем случае, что “практики против теоретиков” это обычная инсинуация и попытка выдать желаемое за действительное.

Логика отсутствия логики

Суть, конечно же, не в терминологии. Если принимаешь позицию категорического нет, то нормально мотивировать ее. За четыре месяца публичных обсуждений, не было высказано ни одной объективной мотивации, почему проект закона не должен быть подержан. Поэтому и выдумываются фантастические мифы о том, что не была принята во внимания специфика молдавского рынка, что директивы это вредно и что слепо были списаны, что авторы – теоретики и.т.п.

Если исключить другие возражения и предложения, в основном технического характера, то претензии не столько к самому проекту закона, сколько к Европейским директивам. Дескать, да, закон может и хороший (как же иначе, он же “слепо исполняет” европейские директивы?!), но такое регулирование не соответствует требованиям нашего рынка и что такой закон может быть принят только после вступления Молдовы в ЕС. Следует сказать, что законопроект не упал с неба, и модель регулирования рынка, заложенная в законе, не является прихотью авторов проекта (хотя такой подход в регулировании РЦБ совпадает лично с моим мнением). Разработка нового закона, в соответствии с директивами ЕС, предусмотрена четырьмя официальными документами: Законом № 295 об утверждении Национальной стратегия развития на 2008-2011 годы, Постановлением Правительства № 191 от 25.02.2008, Планом действий по европейской интеграции (Приоритеты на 2009 год) и Концепцией проекта Закона о рынке капитала. Писать новый закон, основываясь на, так называемой, “специфике” в видении нескольких лиц, это значит, в первую очередь, неисполнение указанных актов. Во-вторых, сохранение и, возможно, ухудшение того плачевного состояния в котором находится рынок. Противники законопроекта иронично намекают, что закон будет отложен до принятия Молдовы в ЕС. Ну, конечно, ЕС примет нас только за нашу способность в рифму выдумывать способы вступления в Европу! Не удивлюсь, если противники законопроекта серьезно считают, что даже после принятия в ЕС, не будет нужды перенять директивы, так как европейцы, под большим впечатлением от нашей специфики, аннулируют все директивы и возьмут нашу нынешнюю модель регулирования рынка за основу.

Вообще, мотивации противников проекта давно перешли национальные границы, и вступили чуть ли не в зону мировой политики. Апломб некоторых в этом отношении просто впечатляет. Они не только уверенны, что, как практики, отлично знают специфику и реалии нашего рынка, но еще полностью владеют директивами ЕС и хорошо понимают, что происходит на европейском фондовом рынке. Не случайно некоторые противники законопроекта, в рамках дискуссий по поводу нового Закона, объявили, что “наше законодательство лучше европейского, и что наша модель регулирования рынка лучше решает, к примеру, проблематику инсайдерства”. Вот и получается, по их логике, что “писать на основе европейских директив новые законы не только (не) полезно, но и вредно”.

Счастье в неведении

Новый Закон о рынке капитала транспонирует девять Европейских Директив. Как и директивы, законопроект это комплексный и сложный документ.  Для того чтобы понять в общих чертах положения закона нужно … хотя бы их прочесть.  Желательно конечно, сделать это не один раз, и не просто прочесть проект, а изучить его. То же самое проделать и с директивами, комментариям и учебным материалам к директивам. В идеальном варианте, весь процесс нужно повторить несколько раз, и, конечно же, постоянно все осмыслить. При общении с противниками законопроекта, возникает ощущение, что не был преодолен даже этап чтения проекта. В лучшем случае, по проекту прошлись галопом, в момент телефонного разговора с лицом который настолько же знаком с проектом.

В этом отношении примечателен случай двухнедельной давности. Представитель одного профучастника спросил меня, не переведен ли законопроект на русский, потому что на государственном языке ему сложно что-либо понять. Так как перевода нет, все были вынуждены изучать версию на гос. языке. Через несколько дней от упомянутого лица приходит отзыв к проекту закона – отзыв в два предложения, о том, что проект не понятен. Вот на таком уровне и изучается проект.

Элементарное чтение проекта поможет выяснить, к примеру, почему в него не были внесены понятия “брокер”, “дилер”, “биржа” и т.д. Конечно же, все эти структуры останутся на рынке. Но, следуя терминологии директив, они получили новые юридические определения. Сделано это, в первую очередь, для того, чтобы мы начали общаться на том же юридическом языке, что и страны ЕС. Во вторых, то, что до сих пор было известно под названием “биржа” делится на два компонента – регулируемый рынок и многосторонняя торговая площадка (МТF); для каждого из компонентов закон предусматривает разные требования. Аналогичная ситуация с понятием “брокер”. Прочтение проекта поможет понять, что “порядок заключения сделок на ФБМ и деятельность фондовой биржи в целом” является далеко не главным изменением закона. Законопроект содержит и другие очень важные элементы, среди которых назовем хотя бы нижеследующие:

  • Конкретизируются лимиты регулирования в сфере рынка капитала. Под регулятивное действие законопроекта подпадают: публичное предложение ЦБ, публичное обращение ЦБ и деятельность профучастников, которые, согласно проекту, будут называться “инвестиционные фирмы”.
  • Упраздняется нынешняя модель, так называемых, “публичных предложений на второстепенном рынке”,  под действие которой сегодня подпадает почти любая сделка с ЦБ. Законопроект оставляет только предложения по поглощению (takeover bids), обязывая ее осуществление при покупке более 50% акций.
  • Используется регулирование на основе принципов и пруденциального надзора по отношению к профессиональной деятельности на рынке.
  • Предусматривается более качественная классификация видов профессиональной деятельности, которые, согласно проекту, будут называться “инвестиционная деятельность и инвестиционные услуги”.
  • Вносятся понятия “квалифицированный инвестор” и “профессиональный клиент”, к деятельности которых применятся упрощенная форма регулирования и надзора, в сравнении с обычными инвесторами.
  • Меняются критерии квалификации инсайдеров и нормы осуществления сделок с использованием инсайдерской информации, в направлении их упрощения для инвесторов.
  • Вносится принцип “best execution” при исполнении ордеров клиентов инвестиционных фирм и аннулируется норма концентрирования и.т.д.

В чем, собственно говоря, проблема

Одно из главных достижений закона – существенное дерегулирование рынка: закрытые эмиссии ценных бумаг будут существовать, но отныне не подлежат даже регистрации; сделки с финансовыми инструментами вне организованных рынков и без участия профучастников не подлежат даже отчетности; значительная часть акционерных обществ не подпадают под определение компании публичного интереса и не должны соблюдать требования по отчетности и использование инсайдерской информации, и.т.п. Эти положения существенно улучшат и облегчат жизнь инвесторов и акционерных обществ. Все новшества законопроекта, в том числе положения дерегулирующие рынок, объясняют истинную причину некоторых лиц так категорично высказаться против проекта. Нынешнее законодательство содержит многочисленные ограничения и обязательства по отношению к акционерным обществам и инвесторам, которые выгодны определенным профучастникам.

Законопроект аннулирует эту систему. В новых условиях, каждый профучастник должен зарабатывать не на преференциях предусмотренные законодательством, а только на качестве своих услуг и на способности убедить инвесторов и акционерные общества воспользоваться именно их услугами. Очевидно эти и пугает некоторых участников рынка.

Во время обсуждения проекта часто спрашивали, с риторическим намеком, если новый закон улучшит ситуацию на рынке. Опять эта наша пресловутая специфика – ждем, чтобы одним щелчком исчезли все проблемы. Новый закон – не волшебная палочка. Он создаст основу для развития рынка капитала, но достижение этой цели зависит и от того, как закон будет воплощен в жизнь, как будет исполняться, какие будут приняты подзаконные акты, как будет развиваться реальная экономика, как будут действовать судебные инстанции и, не в последнюю очередь, насколько предприимчивы будут операторы рынка.

Лично я не считаю, что законопроект это революция, тем более что он пытается создать модель, которая на других рынках давно и с успехом применяется на практике. Не надо искать в этом проекте громкие слова, такие как “либерализация”, “европеизация” и.т.п. Новый закон это всего лишь нормализация. Нормализация, которая должна, в конце концов, прийти и на наш рынок.

Un gând despre „O replică pentru Logos Press şi aşa-numiţii “practicieni””

Lasă un răspuns: